?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Of all sad words of tongue or pen,
the saddest are these,

'
It might have been
(John Greenleaf Whittier)


В последнее время часто приходится сталкиваться с рассуждениями о русском народе. В основном - в связи с тем, что такому народу только при диктатуре и жить, что раз ВВП пользуется такой популярностью, то, значит, народ получает то, чего заслуживает, и о чем вообще можно говорить с таким народом?

Казалось бы, чтение подобных рассуждений, особенно во время путешествий, например, по европам, должно только усугублять эффект. Читаешь про русский народ, поддерживающий Путина, смотришь за окно, видишь результаты того, что, в частности, "воздух города делал человека свободным"(с) (да разве только этого!) и удручаешься от этого еще более.

Со многими, думаю, именно так и происходит. Не помню, кому из русских путешественников приписывают фразу: "Не оттого в Англии хорошо, что там парламент, а оттого там парламент, что там хорошо". Ну, ясное дело, все упирается в народ, которому ни парламент, ни какие-либо свободы не нужны особенно, более того - чужды и, может, даже вредны. Реакция, повторю, вполне понятная и довольно типичная.

А передо мной вот почему-то разворачивается совершенно другая картина. Смотрю на Скандинавию, Германию и - особенно - на земли, ранее входившие в состав Австро-Венгерской империи и не могу отделаться от мысли: вот такой должна была бы быть Россия. Вот это, то, что я вижу сейчас - это сослагательное наклонение, которого не бывает в истории.
Эта мысль, конечно, тоже не нова. Об этом  много говорили и  философы, и историки, но сейчас я сознательно отказываюсь втягиваться в научные дискуссии.
Сослагательное наклонение - это не наука, это - чистый импрессионизм. Или экспрессионизм, если хотите.

Я хорошо знаю города и городки русского Севера, Карелии, верхней Волги. Не говоря уж о городах так называемого Золотого Кольца. Казалось бы, сравнивать их в их теперешнем состоянии с даже мелкими городками бывшей Австро-Венгрии - невозможно. Нет, казалось бы, даже базы для сравнения...
Но возвращается это ощущение при взгляде на Эстергом или Сентендре, на Ремшайд или Хайльбронн: такой должна была бы быть Россия.

Давайте вспомним все-таки о том, что была Старая Ладога с ее городской демократией, с приглашаемыми и "увольняемыми" по мере необходимости князьями. Про Новгород, Псков и Полоцк с их вечевыми демократиями и напоминать не нужно.
А если углубиться еще немного дальше, то вспомнится, что традиционные культурные коды, религиозные представления, традиции, обряды славянских племен и племен германских не просто сходны, а практически идентичны. Представления о добродетелях, о праве, о справедливости, о том, как должно быть организовано общество у этих народов были, по крайней мере, изначально и весьма долгое время одни и те же. Точно так же, как и понятия о том, какие поступки человека подлежат осуждению и наказанию.

Не было никаких "культурных барьеров" между славянским миром и тем, что мы сейчас называем Западной Европой ни в X веке, ни в XII. Не было их и в XV в. между Новгородом, Псковом и городами Ганзейского союза.
Нормальный народ, оказывается, жил на Руси. Ничем не хуже немцев или скандинавов. А, точнее, практически такой же, как немцы и скандинавы.

Так что сослагательное наклонение российской истории все-таки существует.
Живет и здравствует в европах.

Comments

hang_hai_zhe
Jun. 8th, 2014 02:57 pm (UTC)
Почему-то вспомнился Короленко.
"Из одного и того же вещества углерода получаются и чудные кристаллы алмаза, и аморфный уголь. Значит, есть какая-то разница во внутреннем строении самих атомов. То же нужно сказать и о человеческих атомах, из которых составляется общество: не всякую форму можно немедленно скристаллизовать из данного общества. Во многих городах Швейцарии уже теперь вы можете безопасно оставить любую вещь на бульваре и, вернувшись, застать ее на том же месте. А у нас — будем говорить прямо… Точный учет в таком вопросе, конечно, труден. Но вы знаете, у нас есть поговорка: не клади плохо, не вводи вора в грех. И вы, вероятно, согласитесь, что на тысячу человек, которые прошли бы мимо какой-нибудь плохо лежащей вещи, в Европе процент соблазнившихся будет гораздо меньше, чем в России. А ведь и такая разница уже имеет огромное значение для кристалла."
А немцы до 1917 года жили где угодно, и в крымской степи, и в Самоа, и в Бурунди и т.д. Одна из самых мобильных наций.