susel2 (susel2) wrote,
susel2
susel2

Categories:

Балаганчик, или Тридцать Три Оплеухи Протестному Движению

«Сейчас мы разыграем перед вами комедию /.../

Меня будут колотить палкой, давать пощёчины и подзатыльники…

Это очень смешная комедия»





(А.Толстой, Буратино)




  Образ кукольного театра в связи с тем, что происходит сейчас в политической жизни России приходит мне в голову отнюдь не впервые.  Да что там - с каждым днем этот образ обрастает все новыми деталями и подробностями, можно сказать, материализуется и из метафоры превращается в самую что ни на есть объективную реальность, увы, данную нам в ощущениях. Политика, конечно, имеет немало общего с шоу-бизнесом, но кампания по «выборам московского мэра»  в этом смысле превзошла все ожидания. Манера ее проведения словно переносит нас во времена, когда перед театрами (в том числе и кукольными) обязательно кривлялись и паясничали зазывалы, во всю глотку приглашая почтеннейшую публику не проходить мимо, занимать места, поскольку сейчас им покажут «представление всем на удивление!»(с)  А что прикажете делать? Надо же как-то заполнить зрительный зал или – возвращаясь к реалиям нашего времени – «обеспечить явку»!  Надо же как-то поддерживать интерес почтеннейшей публики к разыгрываемому действу – тут уж не до высокого искусства, приходится прибегать к самым что ни на есть площадным приемам,  вплоть до пощечин, пинков и подзатыльников, а также реприз в самом непритязательном духе.

Собственно, именно такой вот непритязательной репризой оказалась «история о компании в Черногории», которая внесла заметный «оживляж» в знакомый и уже довольно предсказуемый репертуар. И действительно: тут ведь только успевай крутить головой и следить за тем, как сыплются со всех сторон оплеухи и летят туда-сюда кремовые торты.  Я вкратце воспроизведу траекторию полета этих тортов, потому что подобный захватывающий сценарий встречается нечасто. Первый «вброс»  по поводу того, что А.Навальный и М.Гайдар владеют компаниями в Черногории, не указанными ни в каких декларациях и приобретенными на неизвестно откуда взявшиеся средства, был отбит хорошо уже испытанным способом: «высурковскаяпропаганда».  Навальный и его штаб не только все отрицали, но и опубликовали пространное наукообразное рассуждение г-на Волкова на тему того, как легко скомпрометировать любого совершенно невинного гражданина, зарегистрировав на его имя бизнес в Черногории, в то время как этот гражданин – ни сном, ни духом, а наоборот ведет активную борьбу с коррупцией у себя на родине.  В ответ на эту порцию бисквита с кремом пришло подтверждение того, что г-н Навальный и г-жа Гайдар-таки  имеют зарегистрированный бизнес в Черногории, что подтверждается реестром зарегистрированных там компаний.  В ответ на это полетело негодующее: «Я понятия не имею, что там происходит в Черногории /.../ у меня нет и никогда не было /.../ никаких материальных активов в Черногории» (с).  Ну и по уже сложившейся традиции – вдумчивое разъяснение г-на Волкова на тему о том, что, мол, да, предыдущие мысли по этому поводу оказались как бы высосаны из пальца, но вот теперь мы вам выложим  действительно все как есть.  А есть оно, судя по тому, на что туманно намекает г-н Волков – так, что компании действительно существуют, но об их существовании все заинтересованные лица как бы «забыли» за другими, более неотложными делами. Ну, в случае с г-жой Гайдар это, допустим, не так удивительно: у нее это, можно сказать, семейное. Ее папа, Егор Тимурыч, как-то вот так же в 1998 г. «забыл» миллион долларов, предварительно заботливо вложенный в рынок ГКО, так что удивляться тому, что дочка может забыть о существовании каких-то оффшорных компаний, не приходится. Но г-н Навальный-то, отличающийся столь цепкой памятью и столь острым зрением в отношении других участников политического процесса, он-то, казалось бы, мог бы немного тщательнее следить за собственными делами!..

 Впрочем, подобные соображения были бы уместны, если бы речь не шла о заведомом фарсе, разыгрываемом по вполне определенному сценарию. Все эти беспокойства о «вбросах» и «фейках»  служат одной-единственной цели: поддержанию неослабевающего интереса почтеннейшей публики. А чтобы ни у кого не возникло желания отойти в сторонку и заняться какими-то другими делами, всех немедленно уверяют, что спектакль будет продолжен при любой погоде и на любых условиях.  И путинский ставленник Собянин, и Мосгоризбирком  только что не перекрикивая друг друга заявляют: «Не надо!», «Не надо снимать Навального с выборов!» «Ни в коем случае», «даже если у кого-то будут нарушения, но не фатального характера»(с).  Ну, это-то с точки зрения режиссуры совершенно понятно:  переброска тортами никак не должна заканчиваться смертью одного из персонажей, это было бы полным нарушением законов жанра, не говоря уж о том, что разочарованный зритель может покинут зал до окончания пьесы. А вот этого – допустить, ну, никак нельзя.

 А чтобы зритель уж точно следил за происходящим на сцене как завороженный  в сценарий вводится еще одна интрига, на этот раз, так сказать, контрапунктом: кандидат Навальный усомнился в законности регистрации кандидата Собянина, поскольку тот  якобы выдвинулся на выборы, не получив предварительно согласия Президента РФ.  Особую пикантность данному сюжету придает то, что претензия эта была выдвинута заведомо слишком поздно: прошло более предусмотренных для этого законом 10 дней, и уж г-н Навальный, будучи юристом по образованию, не мог этого не понимать. И все же! Вместо того, чтобы отмести данную претензию с ходу (на что были все основания), Мосгоризбирком подбросил жару в огонь, продемонстрировав всем заинтересованным лицам документ, озаглавленный, за неимением лучшего варианта, как «Согласие В.Путина на участие С.Собянина в выборах мэра Москвы».  Это был, конечно, гениальный сюжетный ход, поскольку подобный документ можно обсуждать бесконечно, что, разумеется, и произошло.  Однако, вместо того, чтобы обратить внимание на почти нарочитую халтурность этой бумаги, г-н Навальный предпочел более картинный жест и публично усомнился в подлинности подписи ВВП (пожалуй, единственной черты «разрешения», в которой сомневаться не приходилось).  Тем не менее состоялось заседание суда, в ходе которого  – вполне предсказуемым образом – ходатайство об экспертизе подписи было отклонено. В промежуточном итоге произошел очередной эпизод  в духе «много шума из ничего», очередной раз общественное внимание было привлечено к драке Петрушки с Квартальным борьбе Навального с Собяниным, публика с нетерпением ждет, «что будет дальше».

 А дальше начинаются серьезные проблемы. Хотел он того или нет, кандидат Навальный, ныне позиционирующий себя как борец за все хорошее и против всего плохого, человек, которому предлагают «сначала поверить, а потом понять»(с) заставил многих, с кем он общался ранее, вспомнить некоторые интересные подробности своей карьеры. Поверить – оно, конечно, хорошо, но это годится только для неофитов. Они тем охотнее верят, чем меньше понимают. Люди, имеющие хоть какой-то опыт в политике (или хотя бы интересующиеся историей) предпочитают все-таки делать выводы на основании некоего имеющегося опыта. И вот тут-то и начинаются неприятности. Например, появляется серьезный текст г-на Вишневского, который не только еще раз демонстрирует методы, которыми оперирует Навальный и его штаб («кто не с нами, тот против нас», «кто не с нами, тот играет на руку Путину», мотивчик исторически скомпрометированный не раз, особенно убедительно в незабвенные 20е и 30е годы), но и вспоминает об откровенно нацистских выходках г-на Навального.  Что, кстати, подтверждается и другим источником.

 И вот тут любому человеку, хоть сколько-нибудь разборчивому к запахам и способному к аналитическому мышлению, хочется немедленно покинуть зал и закрыть за собой дверь. Потому что аналогия с кукольным театром становится полной, расставляя по своим местам все, что сначала казалось странным и необъяснимым. Г-н Навальный прошел кастинг на ту роль, которую он сейчас играет в спецоперации «Выборы московского мэра», именно потому, что полностью отвечал всем требованиям: он чрезвычайно амбициозен, его есть за что «подцепить» на ниточку для того, чтобы им управлять, ну и – в качестве необходимых дополнительных характеристик – он не чурается откровенной лжи, придерживается шовинистических, граничащих с нацизмом, взглядов, а также он – позволю уж себе употребить это устаревшее слово – ханжа, т.е., «человек, чрезмерно озабоченный чужим ненадлежащим поведением и лицемерно порицающий чужие непристойные по его мнению поступки, поведение или точки зрения, часто одновременно допуская подобное в отношении себя»(с). Если в начале «избирательной кампании московского мэра» во всем этом и могли быть какие-то сомнения, то наблюдение за тем, как активно г-н Н. играет по предложенным ему правилам, как гармонично он вписался в сюжет этой спецоперации, как глубоко он вошел в порученную ему роль, раздавая и получая пинки и подзатыльники, рассеивает все сомнения совершенно.

   В одном из последних своих текстов я задавалась вопросом: так для чего же г-н Н. участвует в выборах, если ни одной из заявленных задач он не выполнил и, по всей видимости, выполнять не собирается? Мне кажется, пришло время попытаться ответить на этот вопрос.

 Г-н Навальный «пошел на выборы», поскольку тем самым он совершенно сознательно принимает участие в спецоперации российских властей. Программа-минимум этой спецоперации – обеспечить максимально высокую явку избирателей в столичном городе и тем самым в значительной степени легитимизировать сам режим. Пусть не впрямую, пусть достаточно косвенно, но высокий уровень участия граждан в предстоящем голосовании, увенчанный убедительной победой Собянина – это, что ни говори, серьезный довод в пользу существующей власти.

 Но есть у этой спецоперации и программа-максимум. Она состоит в том, чтобы – я уже об этом говорила, но повторю еще раз – ослабить, дискредитировать, ликвидировать российское протестное движение. Достичь этой цели можно по-разному. Можно, как я писала раньше, спровоцировать массовые беспорядки по результатам выборов «в поддержку Навального» и тем самым «зачистить» оппозицию физически. Такой расклад представлялся вполне вероятным еще несколько недель назад и – кто знает – может еще стать актуальным в будущем. Будем надеяться, однако, что этого не произойдет.

 Квантовая теория доказывает, что наличие наблюдателя изменяет наблюдаемое (парадокс наблюдателя). Или, проще говоря, наблюдатель, измеряя что-либо, вызывает изменения в наблюдаемом объекте (физики в моей аудитории приглашаются уточнить и разъяснить этот непростой и непрямолинейный эффект). Не пытаясь приписывать своим скромным усилиям больше, чем они того заслуживают, все же хочу надеяться, что сам факт того, что вариант «физической зачистки» стал известен и начал публично обсуждаться, возможно, и,повлиял на поведение одного из «наблюдаемых объектов».

 Что, однако, отнюдь не отменяет «задачи-максимум». Мы все прекрасно знаем, что уничтожение бывает не только физическим, но и моральным. Особенно если речь идет об социальном явлении, движении или идеологии. В этом случае г-н Навальный талантливо исполняет роль увесистого булыжника на шее протестного движения. По ассоциации связи с ним – человеком, не раз уличенным в нечестности, лицемерии, шовинизме, пренебрежении к интересам товарищей и коллег – активисты и лидеры протестного движения, примкнувшие к нему во время (будем надеяться, преходящей) психической эпидемии, оказываются замазанными теми же дурнопахнущими субстанциями. Все, кто по самым разным соображениям (пусть даже, считая, что хуже, чем сейчас, быть уже не может, и любые перемены окажутся к лучшему) решил «сплотиться вокруг Навального», как оказалось, на самом деле сплотились вокруг тщательно подготовленной властью ловушки. К камню на шее можно относиться по-разному; можно, например, пытаться внушить себе, что это – спасательный круг, и, цепляясь за него до последней минуты, стремительно идти на дно, одновременно стараясь уверить окружающих, что именно это-то и есть спасение..

 Собственно, эффект от спектакля «Выборы московского мэра» - дело не такое уж и неслыханное. Это случается, например, в детской аудитории: иной малыш настолько увлечется действием, что забывает, что происходящее на сцене – это лишь представление, разыгрываемое куклами. И тогда он начинает подавать актерам советы, а иногда, бывает, и еще вырвется на сцену, чтобы лично защитить Петрушку от Полицейского. Когда это происходит с детьми, это бывает очень трогательно. Когда же это происходит со взрослыми, это называется инфантилизмом. Граждане, ментально погрузившиеся в глубокое детство  забывшие, что театр с куклами принадлежит сеньору Карабасу, разыгрывающему с ними свои любимые пьески, незаметно для самих себя сами становятся его увлеченными марионетками


  Пост-скриптум (но отнюдь еще не Эпилог!)

"Карабас-Барабас щелкнул своей страшной плеткой в семь хвостов..."(с) и...
и вот финальный полицейский штурм. Если они хотели сделать Навальному лучшую рекламу - у них удалось.

А что вы хотели? Надо же чем-то удалить неприятное послевкусие, оставшееся – хочешь-не хочешь – у очень многих после истории с полузабытыми черногорскими оффшорами. К тому же время сейчас такое, решающее: пошли последние две недели. Сейчас публику нужно держать в таком напряжении, чтобы она аж подпрыгивала на месте, пытаясь получше разглядеть, что там творится, да угадать, откуда еще прилетит кремовый торт... Искусство, понимаете! Я бы даже сказала – высочайший профессионализм в этом жанре!..

Tags: tempora et mores, urbi et orbi
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 139 comments