susel2 (susel2) wrote,
susel2
susel2

Categories:

Песни и пляски Смерти

И Ад следовал за ним
(Откровение Иоанна Богослова)



    Дивные дела творятся на этом свете, воистину дивные.

Читая дружественный блог, натыкаюсь на весьма красноречивое сравнение высказываний г-на Чубайса по поводу демократии (ой, нет, политической конкуренции, но все равно хорошо). И изумляюсь вместе с автором поста: всего три года прошло, а как круто изменились взгляды у человека, если не сказать -  жизненные принципы.  С чего бы это вдруг? Что напугало нано-короля до такой степени, что он решил поменять политическую ориентацию? Уж не проходил ли часом г-н Чубайс мимо вот этой двери? А, пройдя, не прочитал ли случайно надпись и не разъяснил ли ему какой добрый человек, что сия надпись означает и чего прочитавший ее может ожидать в скором будущем?

(оригинал изображения получен благодаря любезности моей френдессы mango1511и приводится из этого поста )


      Нет, конечно Чубайс и эта дверь - две вещи несовместные. Но это, собственно, и не слишком важно: и без того эта надпись воспроизводится на многих доступных наблюдению поверхностях, и весьма регулярно, в разнообразных, а иногда и довольно причудливых, формах. Один из таких вариантов, как мне показалось, явного предупреждения лидерам сислибов о том, что все исчислено, взвешено и разделено (читай: о  вас все известно, информация подтверждена и готова к употреблению попался мне на глаза несколько дней назад. И, признаюсь честно, я не смогла оторваться. Читала, подчас не веря своим глазам, и совершенно не понимая, каким образом подобная вещь осталась почти незамеченной в последние два года. Не буду пересказывать содержание этого предупреждения: просто искренне рекомендую всем, кто интересуется недавней политической историей России потратить день - полтора на его чтение. Приведу лишь список действующих лиц:


Игорь Тамерланович Кочубей, 50-55 лет, премьер-министр на пенсии
Мария, она же Марфа, его жена;
Борис Алексеевич Толь, 50-55 лет, президент Корпорации вечной жизни
Евгений Волкович Дедушкин, 75-80 лет, президент Академии рыночной экономики
Гоцлиберда
плюс один иностранный журналист и одна переводчица.

     Уже интересно, не правда ли? Тем более, что в этом произведении речь идет главным образом о том, как и почему кончил дни свои вышеупомянутый Игорь Тамерланович. И о том, когда и почему были заложены основы идеологии кочубизма. Еще интереснее? А уж с какими чувствами читали пьесу ее прототипы,  я даже и представить себе не могу. Тем более, что они там получились буквально как живые. от такой, например. отрывок из интервью Игоря Тамерлановича Кочубея журналисту Полу Морфину:


МОРФИН: Вы предотвратили гражданскую войну?
КОЧУБЕЙ: У вас есть в этом какие-то сомнения? Посмотрите на улицу - гражданской войны же нет.

    И ведь, что любопытно, гражданской войны за окном действительно нет.

     Живость изображения действительно просто невероятная.  Трудно даже представить себе, как такое вообще можно написать То есть, конечно, можно. Но мысль о последствиях не оставляет... О чем это я? Прочитаете (если еще не) – поймете.
Возможен, конечно, и такой вариант: писать “не корысти ради, но токмо волею пославшей мя организации”(с) этом случае автор, приобретает черты посланца высших сил (точнее, даже так: Посланца Высших Сил), доносящег до адресатов некое сообщение, которое им полезно запомнить... Учитывая, что автор обсуждаемого шедевра вполне себе жив-здоров и, по своему собственному заявлению, даже  похудел недавно на восемь килограммов, именно этот вариант выглядит наиболее жизненным. С.Белковский, а речь идет именно о нем, похоже, получает немалое удовольствие от своей роли шута по особым поручениям, которому позволено (поручено) раскрывать секреты одних, напоминать другим то, что они предпочли бы забыть, и давать всем понять, что есть силы, которым известны абсолютно все тайны, в том числеи  самые страшные и темные. Эта роль удается ему блестяще, а потому и не удивительно, что именно его выбрали для того, чтобы начертать на самом видном месте (в АСТ, одном из крупнейших российских издательств) слова “мене, текел, фарес” в развернутой и легко доступной пониманию форме. Написать так, чтобы до целевой аудитории дошло, что все подробности жизни (а также, что в данном случае, пожалуй, важнее, смерти) - как их самих, так и их ближайшего окружения - известны не только им.

     Собственно, автор и не особенно скрывает, что работает в жанре “письмен, проступающих на стене”. Во-первых, даже и сама сцена с письменами красочно изображается в тексте (не в библейском варианте, а в русском его эквиваленте, который я предпочитаю не воспроизводить), и реакция на нее следует именно такая, какой следует ожидать:

ДЕДУШКИН: Это какой-то кошмар. Это ужас, скандал. /.../ А ведь так хорошо все начиналось. /.../ И вдруг - эта страшная надпись на стене. Как все испугались!/.../ Это страшный удар. Двести га на Байкале до сих пор не согласованы в Рослесхозе. /.../ Тепепрь, наверное, уже не будет ни Байкала, ни Сингапура./.../

      А во-вторых, герои Белковского, для которых в самом буквальном смысле“невозможного мало”(с) , панически боятся только одного:  они боятся силовиков. О силовиках они говорят примерно с таким же чувством, с каким бандерлоги произносили имя удава Каа

ДЕДУШКИН: Семь силовиков хотят занять это место! Семь!.. Вы представляете, что будет если академию захватят силовики? Четверть века русского либерализма коту под хвост!

/.../

ТОЛЬ: Тише, тише! Нас услышат!
КОЧУБЕЙ: Кто?
ТОЛЬ: Все!

     Вот г-н Белковский и позволяет себе - от имени и по поручению эдакого удава Каа - громко вопросить: “Хорошо ли вам видно, бестолковые бандерлоги?” И, убедившись, что видно хорошо, и что даже робкое подтверждение: “Мы видим, о Каа!” уже не требуется, пускается в то, что в бессмертном произведении Киплинга называлось Пляской Голода, а для бандерлогов становится гипнотической Пляской Смерти. Ощущая свою безнаказанность, автор не только срывает со своих героев их шкуры, одежды и фиговые листочки, но и радостно копается в их корзинах с грязным бельем, выволакивает на свет Божий скелеты из шкафов и устраивает при помощи этих подручных средств карнавальное шествие. Получается чудовищно смешно, на грани безумия. В особенности от того, что действие происходит без отрыва от реальности.  Причем, чем дальше, тем страшнее.

      Сначала с недоумением, а потом - с неким почти мистическим ужасом вспоминает Игорь Кочубей встреченных им на Крайнем Севере людей, которые потеряли по его вине все свои сбережения за много лет тяжкого труда, да так и остались в Заполярье (в Вечной Тьме и Холоде, по его словам). Темным кошмаром веет от рассказа о том, как живут в Нерюнгри (что может служить метафорой всей России за пределами дачного поселка бывшего премьера). И уж совсем грозным напоминанием звучит под конец пьесы монолог Гоцлибердана “об отключении Онкоцентра”:

ГОЦЛИБЕРДАН: Да, Игорь. Я совсем забыл напомнить. В Онкоцентре тогда человек двадцать сдохло. Три - в операционных и еще типа семнадцать - в реанимации. Я еще бабло возил, чтобы они не кипежевали. Ну, не они, а родственники, конечно. Мертвецы-то не кипежуют.



      Воистину, перед нами происходит dance macabre, или, если не сходить с русской почвы, Песни и Пляски Смерти . Это все более остро ощущает не только читатель/наблюдатель пьесы, но и ее герой. Все яснее видит он главного персонажа происходящей вокруг драмы: и его личной драмы, и драмы всей страны.  В одной из ключевых своих реплик он, наконец, называет имя этого персонажа. В одном ряду с мифическими ужасами, от которых он, по уверениям своих соратников, спас Россию:

КОЧУБЕЙ: Вы же знаете, профессор, как делались эти реформы. Берешь ржавый допотопный шприц, набираешь в него под завязку мутной зеленой жидкости, потом находишь живое место на теле больного и... Да и реформ-то никаких не было. Хренотень одна.
ДЕДУШКИН: Мы в Академии преподаем по учебникам, где сказано, что реформаторы предотвратили голод, разруху и гражданскую войну. Во главе с вами предотвратили, Игорь Тамерланович. С вами во главе.
КОЧУБЕЙ: Во главе со мной были разруха и голод?
ДЕДУШКИН: Ой, типун вам на язык. Реформаторы были с вами во главе, реформаторы.
КОЧУБЕЙ: Да, четыре всадника. Разруха, голод, гражданская война. А какой четвертый всадник, не помните, профессор?
ДЕДУШКИН: Нет, честно говоря, не помню.
КОЧУБЕЙ: Четвертый всадник - смерть.

     Названо, наконец, имя. Извлечен на свет мощнейший архетип, на котором строился в прошлом не один религиозный культ, и теперь прямо на наших глазах создается новый культ кочубизма. От Всадников Апокалипсиса - ни больше, ни меньше! - спас страну Игорь Кочубей! Грудью заслонил дорогу, ни много ни мало, светопредставлению в одной, отдельно взятой стране и пал жертвой Четвертого Всадника, имя которого - Смерть.



     Такого рода архетипы действуют не только на сознание и эмоции, но и на глубинные слои подсознания, о которых многие люди подчас не имеют адекватного представления. В конце концов образы Откровения Иоанна Богослова тоже не самим св.Иоанном были выдуманы: корнями своими они уходят в глубокую древность. Совершенно неудивительно, что и идеология кочубизма, при всей ее бросающейся в глаза нелепости, обнаруживает яростных сторонников, готовых биться за своего кумира до последнего, вопреки и логике, и здравому смыслу. И заставляет их использовать в этой битве абсолютно любые методы. Ох, не хлипкий фундамент подводился под этот миф.



     Признаюсь: все, что касается возникновения и развития мифологии, интересует меня чрезвычайно. И как только я поняла, что неожиданно для себя наткнулась на краеугольный камень одного из популярных политических мифов, решила поскрести этот камушек немного да и посмотреть, как же конкретно этот миф конструировался. Показалось мне, что хотя основы для такого мифа могли быть заложены самим Кочубеем еще при его жизни, но, тем не менее, при жизни настоящие евангелия не пишутся. Да и культ разваливается, если под ним не «струится кровь»(с). Вот и решила я взглянуть на ту решающую грань между жизнью и смертью, на то, что, кем и как тогда делалось для создания современого мифа. Чисто из академического интереса взглянула... И вот тут меня ожидал шок. Впрочем, все по порядку.



                                                                                           * * *

     В общем решила я шагнуть из художественной литературы в реальную жизнь. И, о, Господи, зачем я это сделала?...

     
     Логично предположить, подумала я, что деятельность по созданию гайдаровского мифа и сопутствующего ему культа началась вскоре после смерти Е.Т.Гайдара. Поскольку раньше такими подробностями я не интересовалась, то прежде всего уточнила, когда именно это произошло. И отчего именно


     Выяснилось, что Е.Т.Гайдар скоропостижно умер 16 декабря 2009 года.   Согласно Марии Гайдар, накануне ее отец чувствовал себя прекрасно, был бодр,полон планов и активно работал. Вечером 15 декабря он встречался с А.Чубайсом и Л.Гозманом, обсуждал с ними будущие совместные проекты и расстался с ними, по информации Чубайса, около 11 вечера. По словам Марии Гайдар (в указанной сноске),  смерть ее отца наступила между 2 и 6 часами утра и была такой мгновенной, что, видимо, он “не успел осознать, что происходит” Внезапная смерть человека – это, вне всякого сомнения, удар. Но даже не это повергло меня в шок и крайнее изумление.

      Первый шок я испытала тогда, когда обратилась к блогу лучшего друга покойного, А.Чубайса. Оказалось что, первая запись , вполне техническая, была сделана в этом блоге 15-го декабря 2009 года, то есть меньше чем за сутки до смерти Гайдара. Конечно, всякое в жизни бывает. Но все же создать де-факто мощное новое СМИ (около 400 комментариев только в первые сутки) за несколько часов до смерти лучшего друга – это что-то...
     Необычной (нет, с моей точки зрения - необъяснимой!) является вторая запись. То есть, вторая запись по общему списку и первая содержательная. Она сделана - следите за датой и временем! - в 10.57 утра 16-го декабря 2009 года и озаглавлена так: “Сегодня ночью умер мой друг Егор Гайдар” Иным словами, она появилась всего лишь через несколько часов после того, как близкие Гайдара узнали о его смерти. акое-то время у них наверняка ушло на докторов, на сообщения близким, друзьям, коллегам. А чубайсовский некролог оказался вывешенным, когда еще и 11 не было. То есть практически мгновенно! Получается, что первым душевным порывом Чубайса после скоропостижной смерти лучшего друга, с которым он только что расстался (и двенадцати часов не прошло) и с которым буквально только что строил планы на будущее, оказалось не мчаться на дачу к Гайдару для последнего прощания, а садиться к компьютеру, писать и вывешивать некролог?



     Третий шок постиг меня, когда я прочитала саму запись Чубайса. Ни следа потрясения в этом тексте, ни малейшего выражения изумления и скорби по поводу того, что человек, с которым он еще вчера говорил и спорил, радовался и шутил, выпивал и закусывал, внезапно ушел из жизни. То есть вообще – никаких эмоций, словно речь идет смерти давно ожидаемой, неизбежной. Более того, в сухом тексте из девяти строк Чубайс написал следующее: “Огромной удачей для России стало то, что в один из самых тяжелых моментов в ее истории у нее был Егор Гайдар». Удачей??? Это первое слово, какое Чубайсу пришло в голову, когда он узнал о смерти Гайдара? То есть не слова «удар», «шок», «ужас», «потеря» – ни одного этого или подобного слова в некрологе нет. Но зато есть слово «удача»..


      То, что это слово оказалось вовсе не случайной оговоркой, а частью, похоже, тщательно осуществлявшегося плана, подтвердилось очередной раз вечером того же дня, 16-го декабря, когда Чубайс выступил развернутым Заявлением связи с кончиной Гайдара, в котором он повторил основные тезисы, провозглашенные им утром. И которое начиналось, прямо скажем, с весьма двусмысленной фразы:”Я считаю, что стране невероятно повезло”. Опять? Повезло? Что это? Если это риторический прием, то, кажется, не самый уместный в данном случае. Если же это шутка в духе пьесы С.Белковского, то... то, позвольте, какие шутки в такой-то день?


     Следующий шок – это главное утверждение чубайсовского некролога (из блога): «В начале 90-х он спас страну от голода, гражданской войны и распада». Ба, да это те самые Всадники Апокалипсиса, да еще чуть ли не в оригинальной библейской формулировке. (В качестве очень краткого примечания не могу не упомянуть, что относительно всадника на белом коне – того, что в короне – у толкователей нет единого мнения. Назывались различные имена: Мор, Лжепророчество, Зло и некоторые другие. В настоящее время наиболее вероятным считается толкование этой фигуры как Завоевания или Распада государств). То есть Чубайс, внезапно узнав о смерти Гайдара, не только не стал впадать в эмоции, не только сел за компьютер писать некролог, но и включил в него невероятную по точности воспроизведения и богословской тонкости библейскую цитату! Давно ли у него обнаружился талант богослова? Да и возможно ли практически мгновенно сочинить идеально выверенный текст, в котором столь четко прописаны все основные пункты будущей идеологии гайдаризма и отличающийся такой точностью и изысканностью формулировок?..

     Но мое изумление и на этом не закончилось. Отклик на смерть Е.Гайдара со стороны второго участника встречи, произошедшей накануне, только усугубил мое состояние. енее, чем через час после А.Чубайса Л.Гозман, выступая по радио, абсолютно так же формулирует все основные постулаты новорожденной религии гайдаризма: «В начале 90-х он спас страну от голода, гражданской войны и распада. И какой была бы Россия и весь мир, если бы не было той фантастической удачи у нашего народа, что в этот момент оказался Гайдар – никто не знает, возможно, что была бы Мировая война. Потому что распад России – это очень опасно было бы для всех».  То есть те же самые «всадники» и та же самая «удача». Фразы «от Чубайса» повторяются настолько дословно, что такое совпадение просто невозможно себе представить, если, конечно, у обоих “некрологов” не было общего источника. А когда ж этот общий источник тогда писался, если со смерти Гайдара не прошло и нескольких часов? И еще меньше - с того времени, когда об этой смерти стало кому-либо известно? И эмоции Гозмана полностью аналогичны эмоциям Чубайса – в его словах нет ни изумления, ни шока от происшедшего. Хотя еще вчера вечером, накануне, Гозман и Гайдар допоздна общались, и тот, по словам близких, был “в прекрасном настроении, активно работал и строил планы на будущее”.


     Словом, складывается такое впечатление, что к скоропостижной смерти Егора Тимуровича, его друзья и сподвижники были, во-первых, так сказать, «морально готовы». А, во-вторых, у них в кармане, похоже, уже лежал, фигурально выражаясь, подготовленный некролог.


     И вот тут уж мне никак не отделаться от ощущения, что от покойного Е.Гайдара его соратникам, кажется, перепадает больше пользы, чем было от живого. Эдак, понаблюдав за реальной жизнью, недолго и уверовать в версию кончины Игоря Тамерлановича, предлагаемую С.Белковским...

      Впрочем, мои переживания обо всех этих предметах, может быть, и не столь уж важны. Что, однако, обращает на себя внимание – так это гробовое молчание, сопровождавшее публикацию пьесы “Покаяние”.  Просто абсолютно немая сцена. Такая вот примерно:


     Когда этот текст был уже закончен, мой взгляд случайно упал н
апись в блоге М. Гайдар: http://m-gaidar.livejournal.com/154901.html nbsp;«Там же будет гражданская панихида, последнее прощание и кремация (он хотел быть кремирован)» Вы можете представить себе 53-хлетнего человека, находящегося «в прекрасном настроении, активно работающего, строящего планы на будущее» и «желающего быть кремированным»?


О, Боже...
Невольно вспоминаешь, что именно следует за последним, четвертым из Всадников Апокалипсиса..


"И Ад следовал за ним".


Ссылка на пьесу С.Белковского "Покаяние" по рекомендаци kant_elz   http://flibusta.net/a/28746



Tags: tempora et mores
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 63 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →