?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Предисловие:
    Этот текст сочинялся долго и, не побоюсь этого слова, мучительно.  Был он задуман, потом отложен на время праздников, потом меня свалил вирус, за вирусом последовали неприятные осложнения... Словом, на данный момент смотреть на него мне довольно-таки противно. Я бы его и бросила вообще, если бы не знала, что от этого буду чувствовать себя еще хуже: терперь не могу незавершенки и долгостроя. Однако, сегодня я получила стимул, наконец, собрать себя в кучку, и, несмотря на нудную, неотвязную головную боль, домучать, этот пост и вывесить его на всеобщее обозрение.
     Что случилось? И зачем так срочно вывешивать?
      Да вот, читая в блоге А.Илларионова (вот здесь: http://aillarionov.livejournal.com/494264.html поправки к проекту Программного заявления КС, предложенные М.Кацем (и приходя от этих поправок во все большее изумление), наткнулась я на пункт, который на мою больную голову подействовал как удар молотком, а именно (далее - цитата из М.Каца с сохранением орфографии и пунктуации): "Некоторые из утверждений вообще не поддаются документальному подтверждению, и лежат в плоскости ощущений авторов, например ответственность государстве перед народом". Конец цитаты.
     Посидев пару минут и побормотав себе под нос несколько раз что-то вроде: "То есть, как - в области ощущений? Каких, нафиг, ощущений? Как - не поддаются документальному?..О чем это все?.." - я вспомнила, что лежит же у меня несчастный текст-сирота, позабыт-позаброшен, нелюбим и недоделан. Как раз на эту тему.
     Вот тут я и решила, что голова - головой, а назвался груздем - не говори, что не дюж. И  была - не была, повидаться надо. Как-нибудь допишу текст. Пусть кто-нибудь передаст М.Кацу для его сведения. А другим членам КС - в качестве моего вклада с поддержку "республиканского" проекта Программного заявления.
Итак:
"Hands of a king are the hands of a healer"
(J.R.Tolkien, "The Return of the King")
     Чем дальше я продолжаю обдумывать проект "Левиафан", тем больше я сама себе напоминаю персонаж из давнего, наивного (но совершенно очаровательного) мультика про Паровозик из Ромашкова. Был там такой паровозик, который совершенно не мог ехать прямо по проложенным для него рельсам, а все норовил отползти в сторону и посмотреть на бабочек, послушать  соловья или - уж совсем из рук вон - встретить рассвет в романтическом месте.  В одном этот паровозик был, конечно прав: если ехать исключительно по рельсам, то нечего рассчитывать на что бы то ни было кроме хорошо известных и привычных пейзажей. Если же отползти немного в сторону...
     Вот, например, в прошлый раз мы остановились на том, что с появлением "Публичного" государства начинает широко распространяться и укореняться идея о том, что в обязанности государства входят не только функции принуждения и насилия, но и забота о своих гражданах, особенно о тех из них, кто не в состоянии себе помочь сам. Постепенно становится как бы само собой разумеющимся, что государство должно выступать в роли "опекуна" наименее привилигерованных и наиболее социально беззащитных слоев населения. Эта идея воспринимается с энтузиазмом, если не сказать - с восторгом и получает свое развитие в популярных политических доктринах самого широкого спектра - от консервативных до радикальных. Скажем, к концу XIX в. в большинстве европейских стран никто уже не сомневался в том, что именно государство должно обеспечивать всеобщую грамотность населения, и различия были только в том, как именно этого достичь. Именно на этой плодородной почве и выросла современная концепция "социального государства" со всеми вытекающими из этого последствиями. Впрочем, о последствиях чуть позже. Сейчас, мне кажется, самое время отползти немного в сторону и посмотреть, как же зародилось само представление о том, что аппарат насилия, каковым, несомненно, государство являлось с самого своего начала, может (и должен почему-то) выполнять еще и функции опеки населения и заботы о нем. С чего бы?
     Опять же, если посмотреть на эту проблему с другой стороны, то возникает и встречный вопрос: а было ли в истории человечества время, когда государство (в любой своей форме) НЕ несло ответственности за благосостояние своих подданных? В конце-то концов, как правило, все смены правителей (с глубокой древности и до наших дней) объяснялись именно тем, что старый режим пренебрегал своими обязанностями по отношению к народу и в результате довел этот самый народ до крайностей - как в бедствиях, так и в мерах, необходимых для их преодоления. Да что там революции: фараоны египетские, священные и абсолютные повелители Двух Земель не имели права проспать восход солнца! Фараон нес личную отвественность за то, чтобы Солнце каждое утро восходило над его страной, и обязан был приветствовать своего Небесного Отца согласно древнему ритуалу. Не говоря уж о разливах Нила, качество и своевременность которых тоже были в прямом ведении фараона и зависели от того, насколько точно он придерживался всех необходимых предписаний.
     Словом, опять мы вернулись к истокам государственной власти, к моим любимым "царям-жрецам" и к тому моменту, когда государство только (в исторической перспективе - действительно "только-только") оформилось как институт и как идеологическая концепция. Некоторые коллеги (особенно те из них, кто не имел опыта антропологической работы) скептически отнеслись к утверждению, что именно идея "божественного происхождения" власти "царя-жреца"/вождя стала той почвой, на которой выросло впоследствии все развесистое древо государственности. Действительно, выглядит это несколько непривычно (подробности здесь http://susel2.livejournal.com/16714.htm ). Практически настроенным историкам, экономистам и политикам представляется гораздо более убедительной картина мира, предполагающая все-таки примат материи над духом: сначала возникает необходимость в структуре насилия (экономическая, геополитическая или иная), а затем эта структура вырабатывает соответствующую идеологию для своего поддержания и укрепления. Дебаты по этому поводу могут быть совершенно захватывающими и практически бесконечными, подобно знаменитой загадке о курице и яйце. Есть и несколько аргументов в пользу "идеалистической" концепции: эти аргументы предлагаются антропологией и фольклористикой. Не буду, однако, повторяться - ссылка выше предлагает их всем любознательным достаточно развернуто.
   Однако, независимо от того, что все-таки появилось первым - яйцо или курица понятие о божественном происхождении власти или аппарат насилия, получается, что идея того, что власти предержащие имеют перед своим народом некие вполне конкретные обязательства, была заложена в концепцию государства с самого начала. Примитивная ситуация, подобная "рейдерскому захвату", вряд ли может быть применима к возникновению прото-государства в общинах, где все взрослые мужчины были охотниками/воинами и, следовательно, в любой момент могли выразить свое недовольство вполне решительным образом c оружием в руках. Должна была существовать (и существовала, см. в указанной выше ссылке) причина, по которой насилие, чинимое вождями, казалось стОящим того. Существовала идея полезности вождя и его, в конечном счете, необходимости для выживания вверенного ему населения. Собственно, именно в этом с самого начала и заключалась коренная ответственность прото- (а впоследствии - и реального) государства. В обеспечении выживания населения
     Функция выживания, надо сказать, тоже имела вполне сакральный характер, т.к. у очень многих народов миф о творении описывает людей как детей богов (т.е. потомков перво-вождей/перво-царей).  Следовательно, выстраивался некий замкнутый круг ответственности: народ принимал власть вождя, вождь обеспечивал народу благосклонность богов, боги проявляли свою волю в явлениях природы, а также - и это важно! - через традицию, т.е. установления предков. Согласно же этим установлениям конечной инстанцией, решавшей, насколько вождь соответствует занимаемой должности, было, опять же, решение народа. Выражение "Vox populi - vox dei" отнюдь не было метафорой. Идея ответственности прото-государства перед народом, как выразителем воли богов,  просматривается здесь совершенно отчетливо. Правда, за время существования государственных структур эта идея претерпела довольно значительные изменения. Посмотрим на эту эволюцию поближе.
     В вождествах идея ответственности воплощалась чрезвычайно прямолинейно и кристаллизировалась в личности вождя (и иногда - членов его семьи) . В качестве посредника между народом и богами вождь должен был регулярно объезжать свои территории, тем самым как бы освящая их. Он должен был (обязан был!) иметь множество жен и/или наложниц, и множество детей от них, тем самым символически обеспечивая плодовитость всех женщин своего народа. (Эта функция была особенно важна в аграрных обществах, т.к. это было впрямую связано с обеспечением хороших урожаев).Ну, и так далее. Как видим, ответственность колоссальная. Лишь царь, потомок богов (или герой, наподобие Геракла, Персея или Тезея, также сыновей богов) мог обеспечить своему народу благоволение вышних сил и процветание. А так же одерживать победы над врагом и отводить от полей стаи саранчи
    Кстати! Закончив предыдущий абзац, я вдруг поняла, насколько антропологически точной оказалась формулировка русского перевода "Интернационала": "Никто не даст нам избавленья// Ни бог, ни царь и ни герой". Это фактически  - формула отречения от архаических ценностей, основанных на связи с божеством. Именно эти фигуры - бог, царь и герой являлись на протяжении тысячелетий  "гарантами" существования общества. Всю ответственность, какой бы огромной она ни была, "царь-жрец" нес - и это очень важно! -   перед управляемым им народом, который, со своей стороны, являлся носителем воли богов, воплощенной в Традиции и Законе. Проще говоря, вождь выполнял свой долг не потому, что считал, что лично он был чем-то обязан своему народу, а потому, что его к этому вынуждало божественное происхождение: он был каналом прямой связи между Землей и Небом. Его успехи в чисто земной деятельности расценивались как доказательство успешности его сакральной миссии. Отсюда и берет свое начало понятие об особой природе царской власти, о священности царской крови (во всех смыслах этого слова). Казнь короля Карла I (уже в просвещенном 1649 году!) потрясла Европу, и продолжала ее потрясать еще долгое время главным образом именно фактом святотатства свершившегося: кровь короля была пролита на плахе рукой палача. Многие современники описывали страшный шок, который испытали все присутствовавшие при казни.
     
     Если кому стало интересно,  с какой стати я поместила в текст эту, вполне академичную и, потому, с исторической точки зрения, безответственную, картину, то ответ уведет нас еще немного в сторону. Однако, он, мне кажется, заслуживает внимания. На картине изображен норвежский конунг Хокон Добрый на том тинге, где он пытался предложить своему народу принять христианство где-то в середине Х в. Сам Хокон был крещен когда воспитывался при дворе английского (саксонского) короля Этельстана, а, став конунгом, решил обратить в свою веру и остальных норвежцев. Однако, эта идея не получила поддержки бондов. Они не желали поститься по пятницам и прекращать всякую полезную деятельность по воскресеньям. По крайней мере, таковы были их аргументы, предъявленные конунгу. Самому ему - так и быть - позволялось исповедовать христианство, но таким образом, чтобы это не бросалось в глаза и не гневило богов. (Разумеется, именно потенциальный гнев богов и был главной причиной того, почему бонды не пожелали отказаться от традиции предков). В конце концов, Хокон был вынужден исповедовать христианство так скрытно и так незаметно, что после его гибели придворный скальд сложил поэму о том, как мервый конунг, павший в битве (как положено вождю!) прибывает в Вальхаллу и вступает в чертоги Одина.
     Разумеется у любого человека, знакомого с историей "крещения Руси" князем Владимиром, этот рассказ вызывет противоречивые чувства. Так и тянет провести параллели между тем, как смиренно покорился решению тинга Хокон и тем, как отреагировал на отказ киевлян креститься Владимир Святославич. Ответов на возникающие (в том числе и риторические) вопросы может быть много. Не будем совсем уж отползать в дебри. Главное тут, на самом деле, не в личностях. Пусть не при Хоконе, а позже, но крещение Норвегии (и Скандинавии в целом) сопровождалось не меньшими эксцессами, чем крещение Руси. Просто уж больно красочен эпизод с ликвидацией капища в Киеве, избиением волхвов и загоном населения в Днепр (кто выплыл - тот оказался крещеным, кто утонул - туда ему и дорога).  В Скандинавии христианизация встречалась с неменьшим сопротивлением, и тоже в конечном счете проводилась "огнем и кровью". Эти примеры тем и ценны, что показывают, где проходил предел власти вождей, и в какой момент закладывались основы для превращения вождества в "Личное" государство. (Подробнее о концепции "Личного" и "Публичного" государства здесь: ttp://susel2.livejournal.com/22576.html причем необходимо отметить что концепция эта была выдвинута   А.Н.Илларионовым).
     Это происходило в при разрыве с традицией (родо-племенными религиями) и при переходе к организованным религиям иерерхического типа, особенно, разумеется, к монотеизму. В Европе почву для "Личного" государства создавала христианизация, в других регионах это были другие религии (иудаизм,   буддизм, хотя и не только они. Впрочем, это - отдельная, очень интересная тема, углубляться в которую сейчас, пожалуй, не стОит). При разрыве с традицией правитель больше не мог претендовать на роль "потомка божества" в буквальном смысле, что запускало процесс постепенной секуляризации его функций. Подчеркиваю: это именно процесс, который длится чрезвычайно долго, столетиями, и четких границ здесь, разумеется, быть не может. Важна тенденция: роль "помазанника Божия" (в христианской традиции или ее аналог в других традициях)  - это шаг в сторону концентрации чисто практических функций в руках короля, в то время, как духовное окормление народа отдавалось в ведение церковно-жреческой иерархии.
     Именно в силу того, что в процессе перехода от вождества к "Личному" государству правитель постепенно утрачивает функцию "посредника" между народом и божеством,  ответственность государя перед народом со временем  тоже перестает быть опосредованной. Именно в "Личном" государстве монарх становится символом нации, воплощением неких светских общенациональных идей и чаяний. Это находит свое выражение в создании как бы персонифицированных, и в то же время общих связей между государем и народом. Так, "королева-девственница" Елизавета I заявляет, что она "обручена с Англией"(или даже выражается более сильно: "my husbands, my good people" - "супруг мой, мой добрый народ"). Практичный и приземленный Генрих IV Бурбон повторяет, что он хотел бы, чтобы у каждого французского крестьянина варилась в горшке курица на обед. В России, где за царем прочно закрепилось определение "батюшка",  разделение светской и духовной властей вылилось в  острейший конфликт церковного раскола XVII в., что привело в конечном счете к утрате церковью политического влияния. Петр I закрепил эту ситуацию, ликвидировав патриаршество и низведя духовные власти в стране до уровня одного из министерств. В "Личном" государстве идея "божественности" власти вообще (и царской власти в частности) получила чрезвычайно сильный удар, но все еще продолжала существовать: монарх рассматривался как последняя инстанция в поисках справедливости а - иногда - и исцеления от болезней или уродства (хотя эта последняя функция все более переходила к мощам святых, чудотворным иконам и т.п.).
     В "Личном" государстве монарх становится одновременно символом и светским воплощением нации ("государство - это я"(с)), но, вместе с тем, и результаты его деятельности рассматриваются уже не через призму соответствия божественным установлениям, а как следствие его личных качеств. Короли оцениваются как политические деятели ("добрый государь Генрих", "мудрая королева Елизавета", "изменник Карл", "мотовка Мария-Антуанетта" и т.п.) Да хотя бы то, что говорили о царской семье в России накануне революций 1917 года может служить прекрасным примером подобных оценок. Одновременно с оценкой личности возникает и личная ответственность. Государь должен был лично печься о благополучии страны и действовать на благо своим подданным. Обязательства достаточно абстракные, но, тем не менее, достаточные для того, чтобы в наиболее политически развитых обществах того времени начали возникать идеи примата ответственности власти перед народом по отношению к функции насилия. Так, уже упоминавшийся Карл I Английский был осужден за государственную измену, что, собственно говоря, было бы нонсенсом, если бы государство заключалось в особе монарха или если бы, как в вождестве, правитель воплощал в себе божественное начало. Вождя можно было казнить (принести в жертву) за измену божественным установлениям и за нарушения обычаев, но никак не за измену "государству", ибо, по большому счету, государство и состояло из него самого.
     Казнь Карла I, глубоко потрясшая европейское общество, стала первым шагом на пути от "Личного" государства к "Публичному". Это уже - феномен чисто европейский, поскольку формирование "Публичного" государства шло на почве северо-европейских демократических традиций и парламентских установлений в сочетании с возрожденными (в период Возрождения, пардон за тавтологию) античными принципами "публичного блага" (res publica). В эпоху Просвещения эти общие принципы, будучи переработаны и объединены в светскую идеологию, привели к переосмыслению концепции государства и к созданию идеи государства, принадлежащего "народу". (Разумеется, понятие "народ" здесь следует понимать очень ограниченно, скорее как противопоставление понятию "государь").С XVIII в., весь  XIX в. и начало XX в. в Европе шел процесс перехода от "личного" государства к "публичному". Распространилось и укоренилось понятие "общественного договора", т.е. взаимных обязательств государства и населения, принятых ради обеспечения наиболее благоприятных условий существования людей. Ответственность государства при этом, разумеется, была серьенее, поскольку в его распоряжении находились средства насилия и способы принуждения.
     Важнейшим критерием перехода к "Публичному" государству можно считать избирательное право. Его возникновение (в разных странах в разное время, но в среднем - в конце XVIII - XIX вв) и постепенное распространение на все более широкие слои населения приводит к тому, что возникает и приобретает все большую поддержку концепция того, что государство вообще "принадлежит" народу и является тем орудием, с помощью которого "народ" (т.е. избиратели, принимающие участие в голосовании) обеспечивают свои интересы и добиваются наилучших условий развития общества. (Повторяю, я сейчас говорю о теории: то, как все это выглядело на практике и к чему привело мы еще обсудим)
     В результате всех этих процессов в "Публичном" государстве возникает представление о том, что функции "обязательств" государства перед населением (если хотите, функции "служения" государства его гражданам) более важны, чем функции насилия и подавления. Собственно, с этого времени и сами функции насилия и подавления стыдливо маскируются, и даже наиболее откровенным из них придается форма "служения интересам народа": налоги повышаются якобы "на образование и пенсии", воинская повинность вводится якобы исключительно для "защиты от агрессии", ну и так далее. Это все разъяснять не нужно, мы все в данный исторический момент находимся в "Публичном" государстве и видим, как оно работает. Воздержимся еще на какое-то время от оценочных суждений (хорошо или плохо, надо или не надо, кто виноват, что делать и куды крестьянину податься (последнее, кстати - совсем не такой пустой вопрос, как кажется!)). Отметим только, что до сих пор в общественной мысли существует консенсус (или практический консенсус) относительно того, что государство, несмотря на все свои недостатки, приносит больше пользы, чем вреда, и что пользу эту оно приносит постольку, поскольку несет ответственность за благоденствие (в пределах возможного) вверенного ему народа.
   
     В заключение хочу отметить, что на протяжении всего этого текста (который может показаться многим запредельно идеалистическим) я сознательно воздерживалась от анализа каких бы то ни было "реальных" выгод, которые государство приносило населению с момента своего возникновения. Поскольку государство - установление социальное, то и существует оно ровно до тех пор, пока социум воспринимает его как необходимость (пусть даже в форме "неизбежного зла")
     Обеспечивал ли фараон в действительности восход Солнца над Египтом? До тех пор, пока население Египта было в этом уверено, власть фараона была незыблема. Ну вообразите на мгновение, что завтра Солнце может действительно не взойти! Да ради того, чтобы этого избежать можно потерпеть и фараона, и всю его семью, и сборщиков налогов впридачу! Нет?
     Точно так же современный человек убежден, что в отсутствие государства человеческое общество погрузится во мрак - не бессолнечный мрак вечной ночи, а во мрак бесконтрольного насилия, упадка культуры, ликвидации всех человеческих ценностей... То есть, еще более бесконтрольного насилия, я имею в виду. Еще большего упадка культуры, ну и так далее. До тех пор, пока эти убеждения существуют, государство никуда не денется. Ибо закреплена за ним функция ответственности перед обществом, и выполняет оно ее, по крайней мере теоретически, по мере возможности.
     Есть ли альтернатива государству? Мы, собственно, и едем в ту сторону, только паровозик иногда увлекается, как я  уже говорила...

Tags:

Comments

( 19 comments — Leave a comment )
livejournal
Jan. 20th, 2013 05:37 am (UTC)
Анти-Левиафан, Шаг в сторону
Пользователь rustystalingrad сослался на вашу запись в записи «Анти-Левиафан, Шаг в сторону» в контексте: [...] Оригинал взят у в Анти-Левиафан, Шаг в сторону [...]
livejournal
Jan. 20th, 2013 06:28 am (UTC)
Анти-Левиафан, Шаг в сторону
Пользователь birdie102 сослался на вашу запись в записи «Анти-Левиафан, Шаг в сторону» в контексте: [...] Оригинал взят у в Анти-Левиафан, Шаг в сторону [...]
birdie102
Jan. 20th, 2013 06:32 am (UTC)
Очень интересно! Спасибо. Поставлю к себе, чтобы потом еще почитать, и может другим тоже будет интересно. Ваши усилия стоили того. Очень интересные мысли о Божественном происхождении власти. Тем болеее наша нынешняя элитка такая убогая умом, никак не обнаружат вторую составляющую власти - ответственность даже за восход солнца. Они все больше про права..((
(Anonymous)
Jan. 21st, 2013 03:42 am (UTC)
насчет восхода солнца..
..Небольшая поправка..вот как раз насчет восхода солнца один известный, но крайне никчемный политик (т.е. типа как "элита") пораскинул умишком.. не сильно напрягаясь.. и вот как раз насчет восхода солнца вся страна уже второй год мучается.. :)))
evgknyaginin
Jan. 20th, 2013 09:49 am (UTC)
У одного американского фантаста есть замечательный рассказ: некий изобретатель в большом подпитии сконструировал робота для открывания пивных банок, но наутро забыл, зачем он его сделал. Несколько дней робот отравлял ему жизнь, всюду опекая изобретателя, пока тот, наконец, не вспомнил.
Мне государство напоминает этого робота, а общество - изобретателя.

Edited at 2013-01-20 09:49 am (UTC)
susel2
Jan. 20th, 2013 09:56 am (UTC)
Генри Каттнер. Очень я его люблю:)
Pavel Kulay
Jan. 20th, 2013 11:38 am (UTC)
Чем меньше текст нравится Вам, тем больше нравится мне. Пишите дальше, очень интересно. Особенно о дальнейшей общественной эволюции в случе, если общество осознает бессмысленность государства.
drug_detei
Jan. 20th, 2013 05:56 pm (UTC)
Все это весьма интересно. Но у Вас показана только эволюция по линии вождь --> царь/король --> президент, а это представляется некоторым упрощением.

Была ведь и такая промежуточная линия, как царь --> император. Можно привести в пример Рим (царь --> республика --> император), Германию (царь --> император), Россию (великий князь --> царь --> император), Францию (король --> император). Император -- это, вообще говоря, институт, во многих отношениях противоположный институту короля/царя. Примитивно говоря, цари (самовластные деспоты, творящие произвол) бывают только у варваров и азиатов, императоры -- у прогрессивных цивилизованных народов Запада. Да, в России императора продолжали в обиходе называть царем, и в целом с этим институтом "получилось как всегда" (самовластная деспотия=царство, по сути, не считая, разве что, внешней благопристойности -- спасибо Вольтеру и другим французам), но официально это был император, и задумывался институт императорства Петром именно как более прогрессивный (тяготеющий к Европе) в сравнении с царством.

Во Франции, конечно, императорская власть оказалась невероятно прогрессивной (кодекс Наполеона до сих пор действует). Кстати, интересно отметить даже формальную разницу между титулами. Если король именовался Roi de France (король Франции), то Наполеон был Empereur des Français (император французов). (Нынешний король Бельгии тоже именуется королем бельгийцев.) То есть это близко к "президент всех россиян".

Впрочем, и с королями Франции не всё так просто. Конечно, l'État c'est moi было сказано, но надо понимать, что под État имелись в виду только гос. институты (то есть король говорил, по сути, что он -- высшая, верховная власть, причем, скорее всего, не вся, а только законодательная и исполнительная; судебная даже при Людовике XIV проявляла чудеса независимости, как мы знаем, в частности, из "Мемуаров" Сен-Симона), а никак не земля, ее недра и все, что на ней, то есть король Франции (просвещенный король, конечно) никогда не считал себя "хозяином земли французской" и тем более не рассматривал себя полным властелином над французами.

Прошу прощения за длинный и хаотичный комментарий, просто хотелось уточнить кое-какие моменты.

======
Кроме того, интересно было бы прочесть Ваши размышления на тему "маленьких царей" -- о региональной и местной власти (да и о излишне могущественных министрах). Вот уж где просвещенность и прогрессивность часто и не ночевала, даже когда монарх оказывался вполне умеренным деспотом.
(Anonymous)
Jan. 24th, 2013 02:26 pm (UTC)
Р.Пайпс пишет, что Людовик XIV никогда не говорил "государство это я" и данные слова выдумал Вольтер. Король лишь говорил о своём праве налогообложения подданных в нужном ему размере.
oetar
Jan. 21st, 2013 11:58 am (UTC)
Возможно вас заинтересует:

Об истории государства крайне ценное вот здесь ссылка на Джеймса Скотта и короткий конспект: http://ella-p.livejournal.com/1049492.html

Крайне рекомендую книгу "Государство" Ясаи
http://oetar.livejournal.com/23702.html

И "Расцвет и упадок государства" ван Кревельда (он военный теоретик, весьма необычен), в сети книга есть

И вам вероятно знаком исторический социолог Чарльз Тилли, чья военно-налоговая теория государства сейчас более-менее общепринята:

Чарльз Тилли «Принуждение, капитал и европейские государства. 990 - 1992 гг.» http://www.prognosis.ru/lib/Tilli_(3).pdf



=подобно знаменитой загадке о курице и яйце=

Эта знаменитая загадка легко решается в пользу яйца: первое куриное яйцо отложил динозавр :)

=(Повторяю, я сейчас говорю о теории: то, как все это выглядело на практике и к чему привело мы еще обсудим)=

Я в либертарианских кругах пожалуй главный критик демократии, но не с исторических позиций, как Латынина, а с хм, "теоретических", "логических" (у австрийцев это называется "праксиологических") позиций, однако совпадение с реальностью полное. Решите покритиковать демократию, обращайтесь, я дам ссылки на свои основные статьи (они у меня все небольшие).

=Есть ли альтернатива государству?=

Я бы это спрашивал так: "Есть ли альтернатива современному территориальному государству?" Думаю что есть: конкурирующие экстерриториальные государства http://oetar.livejournal.com/8785.html и далее по ссылкам.

susel2
Jan. 21st, 2013 02:54 pm (UTC)
Большое спасибо за интерес и поддержку!
Джима Скотта и Чарльза Тилли я знаю, очень уважаю, а книги Скотта для меня практически настольные:)
Другие рекомендованные Вами вещи обязательно посмотрю.
И Ваш журнал тоже, конечно.
graf_florida
Jan. 22nd, 2013 01:43 am (UTC)
Я, по-моему, как то уже упомянал маленькую такую книжку ирландского профессора вышедшую в 2012 года
Gerald Casey "Libertarian Anarchy". На Амазоне она есть, и не только. Я думаю, вам было интересно ее прочесть. Тем более что главы посвященные государству, просто нашпигованы цитатами из любимого вами Джима Скотта. И Чальза Тилли тоже. На Ясаи он тоже много ссылается.
susel2
Jan. 22nd, 2013 01:55 am (UTC)
Спасибо, что напомнили!:)
Обязательно!
democrazzzy
Jan. 22nd, 2013 07:30 pm (UTC)
По поводу Государства крайне рекомендую модель анархии Хиршлейфера и модель "Оседлого бандита" Мак-Гира и Олсона.
А Скотт ваш - примитивист!
susel2
Jan. 22nd, 2013 07:41 pm (UTC)
Ну, Олсон - это классика!
А Скотта я люблю, помимо всего прочего, за прекрасный слог и умение писать интересно.
Очень многие умные люди и мыслители, при всей ценности их мыслей абсолютно не в состоянии сформулировать их так, чтобы можно было не заснуть за книгой:)
g0tzendammerung
Jan. 21st, 2013 10:25 pm (UTC)
Слыхал я когда-то, как поговаривали антропологи-с, дескать от природы наделены человеки норовом голубиным, да благоприобрели они коготочки истребиные, дубинушки ядрёные. Не терпит природа таких казусов, во Вьетнаме обитало племя горных кхмеров, да нафантазировали прочие народы себе чего-то такое вроде Б-га да Государя, и как-то до сей поры, заразы, только множатся. Так не угодно было бы человеку рациональному оставить такие фантазии, за их благонадежностью?
one_sergey
Jan. 26th, 2013 09:11 pm (UTC)
Сраза после того, как я прочитал этот текст, мне вспомнилось короткое обсуждение Лихтенштейна в блоге АН. Вот интересно было бы обсудить его с точки зрения вождизма. Я мало знаю об этой стране, но судя по тому, что было сказано, там абсолютная монархия и правящий князь (неистовый либертарианец по словам АН) делает все, что хочет, НО регулярно проводит референдумы о сохранении абсолютной монархии с собой во главе :) Это, конечно, может звучать как шутка, но ведь там самый высокий ВВП на душу в мире (неудивительно при том, что вся семья Лихтенштейнов является либертарианцами и проводят соответствующую экономическую политику).
Так вот не является ли правящий князь в некотором смысле вождем ? Ведь он заботится о своем народе, проводит исключительно грамотную политику, при которой народ богатеет быстрее, чем где-либо еще в Европе. При этом он регулярно спрашивает своих граждан доверяют ли они ему. И они говорят, что доверяют. При этом он как бы ставит условие - я делаю все самым наилучшим образом (и результаты его правления это подтверждают), но мне необходима абсолютная свобода делать то, что мне кажется правильным.
Вот по-моему, совершенно блестящий пример вождизма в современном мире.
Было бы очень здорово потратить немного времени и изучить как на самом деле обстоят дела в Лихтенштейне, но у меня пока его нет. Но интересно ужасно.
Если все обстоит так, как я предположил, то это совершенно прекрасный пример того, в какую сторону должно развиваться современное государство.
Безусловно, это практически невозможно потому что решающую роль в благосостоянии Лихтенштейна играет семья и тут роль личности в истории огромна. Но как некий компромисс необходимо хотя бы ограничивать влияние государства на нашу жизнь насколько это возможно.
Иначе мы скоро дойдем до того, что в Лихтенштейне ввп на душу будет 100 тысяч, а по всей остальной Европе - от силы 35.
Удивительно, что люди до сих пор об этом не задумываются !
susel2
Jan. 26th, 2013 09:49 pm (UTC)
К сожалению, соблазнительный пример Лихтенштейна очаровывает так многих, что на его фоне забываются другие (гораздо более многочисленные) примеры вождизма в современном мире: от Гитлера, Сталина и Муссолини (типичнейшие примеры, с обращением к архаике на полную катушку) до драгоценного нашего ВВП, делающего сейчас попытки развернуть ситуацию в том же направлении (полеты с аистами и т.п.)
Собс-но наш друг Граф тоже ведь в этом духе высказывался: что демократия проигрывает, условно говоря, диктатуре тогда, когда диктатура "правильная".
Вопрос только: кто РЕШАЕТ, правильная диктатура или нет?
Я сейчас пытаюсь написать текстик про демократию (очередной "объезд" в цикле про Левиафана), потому что, видимо, надо все-таки с ней как-то разобраться:)
Отвлекаюсь вот только все время на сиюминутные всякие сюжеты:)
one_sergey
Jan. 26th, 2013 10:00 pm (UTC)
Согласен - в мире есть немало примерок правильных диктатур и диктаторов. Увы, навязать свою волю толпе на порядок проще, чем одному человеку. Вот это и должно быть в области основного внимания психологов, которые еще должны сказать свое слово в отношении демократии. Насколько я не люблю ограничения разного рода, иногда они необходимы.
( 19 comments — Leave a comment )